Идентификация (транс) гуманизма
1. Какой бывает гуманизм и причем тут синергетика?
2. От неолитической революции до Эхнатона.
3. Два гуманизма - античный и библейский.
4. Суфизм, гуманизм и йога.
5. Религиозный винегрет, табу и свобода.
6. Кто создал западную цивилизацию?
7. Синергетика в роли абракадабры.

К написанию этой статьи меня подвиг доклад В. Косарева «Эволюция гуманистической идеи» на конгрессе "Динамика ценностных ориентаций в современной культуре"
( http://www.transhumanism-russia.ru/content/view/28/110/ )


Если мы рассуждаем об эволюции гуманизма, то должны, по крайней мере, четко представлять себе, что понимается под гуманизмом. Мне по вкусу определение:
«Гуманизм – это мировоззрение, согласно которому удовлетворение потребностей и расширение личных возможностей человека является главной целью общества, а свобода личности должна быть ограничена только равной свободой любой другой личности».
Разумеется, многие по тем или иным причинам со мной не согласятся.
Например, в приведенном определении нет указания на то, что человек является высшей ценностью и на то, что целью гуманизма является обеспечение человеческого счастья, а некоторые считают, что это – главное. Кто-то захочет увидеть здесь тезисы «планетарного билля о правах», кто-то будет настаивать на включении демократии, как политической базы гуманизма, а кто-то сочтет, что надо добавить «золотое правило этики», как основу гуманистического поведения.
Сколько философских школ гуманизма, столько и определений.


1. Какой бывает гуманизм и причем тут синергетика?

В таких условиях было бы правильно начать доклад об эволюции гуманизма с того определения, которым пользуется автор доклада, но это, увы, сделано не было.
Вместо этого Косарев в середине доклада пишет: «Сегодняшний спектр разных направлений гуманизма стал настолько широким: существуют научный или секулярный, марксистский, демократический, экзистенциалистский и прагматический, а также разные варианты религиозного гуманизма: иудейский, христианский, мусульманский и восточные буддизм и дзен-буддизм. Поэтому сегодня трудно дать строгое определение гуманизма».

Ладно, допустим, строгое определение гуманизма дать трудно, но разве это повод смешивать в один чудовищный винегрет все известные автору религиозные, философские и политические системы? Кроме того, манифест такого разнообразия вызывает законные вопросы:
Возможен ли по мнению автора не-секулярный гуманизм, - т.е. такой, который выступает за сохранения влияния доминирующей церкви на гражданскую власть?
Возможен ли не-прагматический и не-нучный гуманизм – т.е. такой, который опирается не на объективные знания и объективные оценки, а исключительно на мистику того или иного толка?
Считает ли автор, что религиозный гуманизм может базироваться только на иудаизме, христианстве, исламе и буддизме, а другие религии несовместимы с гуманистическими принципами?
В чем вообще автор видит гуманистическую идею?

В поисках ответа, я нашел довольно странный тезис автора: «Однако синергетика позволяет пойти гораздо дальше и конструктивнее, поставив вопрос о том, какое из этих направлений лучше. С точки зрения синергетики критерием этого с возможностью проверки результатов на практике является то, какой вариант гуманизма создает лучшие условия для творчества».

Синергетика - научное направление, исследующее поведение нелинейных открытых систем в неравновесных условиях (диссипация энергии, термодинамически необратимые процессы), особые точки таких систем (сингулярности, катастрофы, бифуркации) и самоорганизацию (спонтанное возникновение сложных упорядоченных структур из хаоса).
Возможно, Косарев предлагает считать оптимальным гуманизмом является такую идею, которая обеспечивает наиболее интенсивное порождение сложных структур в обществе?
В этом есть логика, поскольку любая группа людей (и человечество в целом) является как раз такой системой, которая соответствует предмету исследования в синергетике. Но вдруг в этом смысле оптимальным окажется какой-нибудь чудовищно жестокий вариант, по сравнению с которым даже бесчеловечные социальные эксперименты Пол Пота покажутся невинными детскими шалостями? Почему бы и нет – «взрывная» эволюция как раз и происходит в жестких (жестоких) условиях, но только при чем тут гуманизм?


2. От неолитической революции до Эхнатона.

Приходится вернуться к началу доклада. В начале стоит манифест трех понятий: свобода, единение, взаимопомощь. Следует предположить, что они для автора лежат в основе гуманизма, но возникает очевидное противоречие: свобода и единение противостоят друг другу по своей сути, а зачастую это просто взаимоисключающие вещи,
Следующий абзац привел меня в полное недоумение: «Существенным шагом к гуманизму было изобретение производства продуктов питания - земледелие и скотоводство, произошедшее около 10 тыс. лет назад. Выяснилось, что гораздо выгоднее не поедать тут же пойманных животных, а содержать их в неволе, откармливая, размножая и заставляя на себя работать. Так же стали поступать и с пленниками. Следующий шаг к современному гуманизму был сделан в Египте во времена Эхнатона».

Неолитическая революция 8 - 9 тысячелетия до н.э. была гигантским технологическим скачком, но зачем называть рабовладение гуманистическим результатом этого скачка?
Классическое рабовладение возникло значительно позже – в 3 - 4 тысячелетии до н.э. и не из-за неолитической революции, а из-за возникновения государства и армии.
До-государственная неолитическая община не знала рабовладения в классическом смысле (т.е. групп людей, содержащаяся в неволе, как стадо скота). Это было не нужно для небольших семейных хозяйств, да и невозможно без развитого военно-репрессивного аппарата. Пленники, способные выполнять полезные функции, становились членами общины и находились под властью главы семьи так же, как другие младшие домочадцы (и это действительно можно назвать гуманистическим достижением неолита).
Теперь о классическом рабовладении. Когда возникли первые азиатские империи, их правители сперва использовали репрессивный аппарат для превращения своих подданных в скот, а когда подданных стало не хватать, этот метод распространили на военнопленных. Политика оскотинивания народа закономерно приводила к краху. Египет в XXVI - XVIII в. до н.э. постепенно ослаб, распался на номы, и был частично завоеван гиксосами.
Египетский ренессанс XV в. до н.э. был связан с изменением политики от грабительской к торговой. Прогрессивные политики-реформаторы этой эпохи - царица Хатшепсут и ее племянник Тутмос III, но никак не Эхнатон, история которого такова:
Отец Эхнатона, Аменхотеп III, хотел вернуть прижизненное обожествление фараонов, как «в добрые старые времена» и для этого создал культ Атона – верховного божества, единственным выразителем воли которого был фараон. Эхнатон продолжил дело отца: объявил Атона единственным богом, вложил в новый культ огромные средства и запретил все другие культы. Эхнатон изобрел монотеизм, государственный религиозный фанатизм и теократию. Его политика разорила страну, а он и его культ были прокляты потомками.
Тем не менее, многие современные популяризаторы истории объявляют Эхнатона великим реформатором-гуманистом. Дело в том, что культ Атона очень похож на возникший двумя веками позже культ «сущего» Яхве, т.е. библейского бога. Есть даже версия, что Моисей (Мос) был египетским жрецом и использовал опыт Эхнатона для построения нового теократического государства в Ханаане. Ясно, что историки христианской ориентации восхваляют Эхнатона: рыбак рыбака видит издалека.


3. Два гуманизма - античный и библейский.

Теперь вернемся к докладу Косарева. «Последующие шаги связаны с появлением идей и практики демократии, справедливости и равенства прав и, как следствие, развитием свободомыслия. Однако, античный гуманизм был ограничен нераспространением его на варваров. Корни иудейского, христианского и исламского гуманизма – в традициях помощи бедным и убогим… От иудаизма традиционный ислам отличается отсутствием там так же, как и в христианстве, концепции богоизбранности, ограничивающей область действия иудейского гуманизма лишь кругом самих иудеев».

Я озадачен. Эллинская и романская политическая философия распространялась на все народы, включенные в сферу влияния античной метрополии. Так произошла эллинизация Северной Африки, Центральной Азии и Ближнего Востока при Александре Македонском. Потом по аналогичному принципу произошла романизация этих регионов и Западной Европы (что предопределило возникновение современной европейской цивилизации).
Далее, ни иудаизм, ни христианство, ни ислам, не имеют гуманистической составляющей. Библейские религии исходно были совершенно безразличны к человеку и ставили в центр системы ценностей племя либо общину, выраженную через понятие единого божества. Все идеи гуманизма (антропоцентризма) появились в этих религиях при реставрации античной философии, c IX в. в арабском мире, с XV в. в Европе. Но и после ренессанса, гуманизм этих религий распространялся только не единоверцев. Остальные – «неверные» - не признавались людьми, ненавидеть их считалось добродетелью, а убивать - доблестью. В ортодоксальном исламе это и сейчас так, а в западном христианстве и иудаизма такой подход был выбит из верующих пятью веками кровавых религиозных войн. Потом секуляризация Европы заставила иудео-христианских клириков включить принципы античного гуманизма в свои доктрины. Мусульманских улемов к этому принуждала европейская колониальная политика – но лишь пока сохранялись колониальные режимы.
Гуманизм, по сути «языческий», остается для иудео-христианского и исламского учений чужеродным элементом. И библия, и коран, наполнены до краев поучениями об обязательном геноциде иноверцев. Стоило мусульманским общинам Африки и Азии выйти из-под контроля цивилизованных секуляризованных западных европейцев, и весь исламский гуманизм как ветром сдуло. То же произошло с католическим и православным христианским гуманизмом на Балканах. Откровенно свинское поведение католических лидеров в посткоммунистической Польше и православных лидеров в славянских республиках бывшего СССР показывает, что эта закономерность – всеобщая. Ортодоксальные библейские религии могут изображать гуманизм только находясь под жестким давлением секулярной цивилизации.
Несколько иначе обстоит дело с неортодоксальными библейскими религиями. К этому сейчас и перейдем.


4. Суфизм, гуманизм и йога.

В докладе Косарева сказано: «Другое, нетрадиционное направление ислама, известное как суфизм, где основной тезис состоит в познании Бога через любовь путем приближения к нему через самосовершенствование и аскетизм, стоит еще ближе к христианству, а во многом его даже опережает».

Мне это напомнило знаменитый опус о «развесистой клюкве». Автор видимо не знает, что суфизм всегда был разделен на ордена – аналогично воинам-монахам в католицизме. Главный принцип суфизма: «пыл любви к богу сжигает сердце» (по ал-Аддавиа) – т.е. полное и безоговорочное самоотречение во имя идеалов ордена. Путь суфия лежит через «илм ал-йакин» (уверенное знание – формальное изучение доктрины данного суфийского ордена), «айн ал-йакин» (полная уверенность – неспособность сомневаться в доктринах ордена) и «хакк ал-йакин» (истинная уверенность – доказательство отсутствия сомнений на практике, прохождение испытания на верность, назначенного лидерами ордена).
Существовал и мирской суфизм (фактически – просвещенный атеизм, что замечательно показано в философских стихах Хайяма и в «повести о Ходже Насреддине» Соловьева). Это учение продолжает существовать в виде вестернизированого суфийского модернизма (например, школа Идрис-Шаха). Но в нем нет ни аскетизма, ни близости к христианству.

Меня насторожила фраза Косарева: «суфизм … стоит еще ближе к христианству, а во многом его даже опережает». В чем опережает? Ниже эта мысль раскрыта: «Суфизм же оказывается… наиболее продвинутой религиозной философией… ближе всего подходя к современному светскому или секулярному гуманизму, в свою очередь, дополняя его практикой создания эмоциональной атмосферы единения».

Видимо, автор считает необходимым дополнить светский гуманизм мистическими практиками суфийских орденов, а то не хватает светскому гуманизму «атмосферы единения». Это единение (с чем именно?) встречается в тексте уже второй раз.
Косарев имеет в виду «Айн-Соф» или «Иш-Ракийа», мистический абсолют, единения с которым добивались суфии? Странная позиция для трансгуманиста…

Дальше написано: «Из него (суфизма) напрямую следует гуманное (братское) отношение к другим людям и свойственная индуизму и йоге толерантность»

Что в суфийских орденах гуманизмом, что называется, и не пахло – это понятно. А что касается представлений автора об индуизме и йоге, то их даже и комментировать сложно.
Как вы прокомментируете знаменитую гоголевскую фразу: «Луна обыкновенно делается в Гамбурге»? Здесь – аналогичный случай. Как можно говорить об «индуизме вообще», если он делится, во-первых, на два ствола - вишнуизм и шиваизм - объединенные только общей мифологией, а во-вторых, каждый ствол делится на множество ветвей – учений со совершенно разными концепциями? Пассаж «свойственная индуизму и йоге» – это все равно, что высказывание «шел дождь и два студента». Йога – вообще не религия, а свод традиционных психофизических практик, использующих активную медитацию.


5. Религиозный винегрет, табу и свобода.

После этого в докладе представлена еще более широкая сравнительная характеристика религий: «Если сопоставить все известные варианты монотеизма, то ближе всего к язычеству стоят фундаментализм, ваххабизм и традиционный ислам, ограничивающие свободу и права человека подобно языческим запретам - табу, что несовместимо с подлинным гуманизмом. Далее можно поставить иудаизм и православие. Католическая церковь в отличие от православной уже осознала необходимость реформ».

Прочтя это, я сразу вспомнил бессмертный репортаж журналиста-недоучки о пуске ГЭС (из Ильфа и Петрова), где поток воды «падал вниз стремительным домкратом».
Табу, как известно, являются компонентой первобытного тотемизма, а не тех систем, которые принято называть «язычеством». Сходные с табу запреты, связанные с пищей, изображениями, человеческим телом и сексом, сохранились как раз в библейских религиях, поскольку Яхве (Аллах) – это персонаж, происходящий от тотемного животного (на это указывает, в частности, сохранившийся в ортодоксальном христианстве мистицизм евхаристии – ритуального поедания мяса тотемного животного).
В язычестве античного средиземноморского или европейского типа подобные запреты просто невозможны – для них нет мифического обоснования. В среде new age (наиболее распространенной из современных форм язычества) признанный уровень свободы видимо даже выше, чем среди европейцев-атеистов, поскольку в new age исключены запреты, проникшие в европейскую атеистическую среду из «библейской морали».
Что здесь еще можно сказать? «Фундаментализм, ваххабизм и традиционный ислам» - это опять «шел дождь и два студента».
Фундаментализм – доктрина буквальной истинности библии, как «фундамента» веры, направленная против либерализации христианства (возникла в США, среди протестантов примерно в 1920 г.). Позже слово стало нарицательным, и теперь им называют все доктрины в христианстве и исламе, направленные против секуляризации, либеральной трактовки религии и вытеснения «священного» из общественной жизни.
Ваххабизм – это пуританское движение в исламе, а традиционный ислам – это непонятно что, поскольку в исламе есть две традиции: суннитская и шиитская.
Современный иудаизм и современное православие – это множество различных учений. Есть совершенно параноидные («ешиботники» в иудаизме и афонское православие), а есть вменяемые (американский иудейский модернизм, православная теология Антония Сурожского).
Римская католическая церковь ничего не осознала, деятельность папы Рацингера столь же отвратительна, как и деятельность его средневековых предшественников. Его «биоэтика» ни чем по сути не отличается от «молота ведьм», так что призыв Вольтера «раздавите гадину» остается актуальным. Движение молодых католиков, которое решительно отмежевалось от мракобесия современных пап – это, по сути, новая реформация, так что привести его в качестве свидетельства прогрессивности РКЦ не получается.


6. Кто создал западную цивилизацию?

Религиозный обзор в докладе заканчивается тезисом: «Но более всего из христианства сегодня продвинут протестантизм, раскрепостивший творческий потенциал людей, создавших западную цивилизацию».

На мой взгляд, это уже выходит за рамки приличий. Западную науку и искусство создала античная языческая Эллада, западное право и политическую философию создал античный языческий Рим, современную концепцию прав человека создало секулярное европейско-американское сообщество, а цивилизацию, видите ли, создал протестантизм. Это уже как в анекдоте про Брежнева: «Муму Тургенев написал, а памятник почему-то Пушкину».
Между прочим, первым актом протестантов-пуритан, когда они пришли к власти в Англии, был запрет театров. Вот вам и «раскрепощение творческого потенциала». Протестанты-кальвинисты, придя к власти в Женеве в своей тупой жестокости превзошли даже католическую инквизицию. Процесс «салемских ведьм» в США тоже был проведен протестантами – и это пятно позора до сих пор не смыто с американских христиан. Во времена III Рейха евангельские христиане Германии вместе с католиками дружно поддержали нацистов.
Современный протестантизм – это сотни различных учений – от цивилизованных (епископальная церковь США, широкая англиканская церковь, общество друзей - «квакеры») до фундаменталистов, действующих в стиле Кальвина и Кромвеля (взять, например, «обезьяньи процессы» и акции «в защиту традиционной нравственности и целомудрия», которые на протяжении 70 лет регулярно повторяются в США с подачи протестантских фундаменталистов).
В общем, можно заключить: гражданин Косарев берется на представительном симпозиуме рассуждать о свойствах религий, абсолютно ничего в них не смысля. При этом большая часть его доклада посвящена именно религиозным вопросам.


7. Синергетика в роли абракадабры.

Последняя фраза доклада тоже не радует: «С точки зрения синергетики трансгуманизм или постгуманизм также является закономерным этапом развития идей гуманизма, применительно к постчеловеческому или постгуманистическому обществу».

Возникает ощущение, что автор доклада использует слово «синергетика» в качестве магического заклинания вроде «абракадабра» или «крибле-крабле-бумс». Синергетика просто не может иметь какой-то точки зрения на три неопределенных гуманитарных понятия, перечисленные Косаревым. Синергетика занимается исследованием нелинейных открытых систем, а не установлением преемственности плохо выраженных идей.
Если автор хотел сослаться на принципы синергетики, ему бы следовало не углубляться в вопросы религии (в которых он откровенно плавает), а хотя бы в общих чертах выразить факторы популяционной динамики и технологического прогресса в термодинамических или кибернетических терминах.

К сожалению, комментируемый доклад Косарева ничего не прояснил в вопросе эволюции гуманизма, а лишь подтвердил вторую часть известного афоризма Лао Цзы: «Верные слова не изящны. Красивые слова не заслуживают доверия».