Александр Розов (alex_rozoff) wrote,
Александр Розов
alex_rozoff

Category:

Снова о социально-экономической деградации после НТР. Книга о новом феодализме.

Джоел Коткин (Joel Kotkin (born December 28, 1952) is a fellow in urban studies at Chapman University in Orange, California). Книга "Дрейф Америки к феодализму"
(цитата)
Появление Америки в восемнадцатом и девятнадцатом веках стало серьезным разрывом с прошлым. Соединенные Штаты пришли на сцену только с остатками старого европейского феодального строя - в основном в плантационной экономике Глубокого Юга. Не было никакой наследственной знати, никакой национальной церкви и, благодаря скромности Джорджа Вашингтона, никакой королевской власти. По крайней мере, среди белых было гораздо меньше бедности в Америке по сравнению с интенсивной, непреодолимой, наследственной бедностью в Европе. Напротив, как отметил Джефферсон в 1814 году, в Америке было меньше «нищих», и основная часть населения была «накормлена обильно, одета выше простой необходимости, чтобы умеренно трудиться и воспитывать свои семьи».
Тем не менее, в последние десятилетия эта страна, наряду со многими другими либеральными демократиями, начала проявлять признаки растущей феодализации. Эта тенденция была наиболее ярко выражена в экономике, где рост доходов резко сместился в сторону ультрабогатых, создав правящую финансовую, а теперь и техническую олигархию [имеется в виду олигархия в сфере "цифровой экономики", см. ниже - A.R.]. Это глобальное явление: начиная с 1970-х годов восходящая мобильность для среднего и рабочего классов во всех странах с развитой экономикой начала тормозиться, в то время как перспективы для высших классов резко возросли.
Затухающие перспективы для нового поколения слишком очевидны. Однажды, когда бумеры вступили во взрослую жизнь, они вошли в восходящий средний класс. Согласно недавнему исследованию ФРС Сент-Луиса, их преемники, миллениалы, рискуют стать «потерянным поколением» с точки зрения накопления богатства.
Эта смена поколений будет определять наш будущий экономический, политический и социальный порядок. По данным исследователей проекта «Равенство возможностей», около 90 процентов тех, кто родился в 1940 году, выросли, чтобы получить более высокие доходы, чем их родители. Эта доля составляла только 50 процентов среди тех, кто родился в 1980-х годах, а шансы тех, кто зарабатывает на средний класс, подняться на верхние ступени рейтинга заработка, снизились примерно на 20 процентов с начала 1980-х годов. Корпоративные руководители имели обыкновение хвастаться, что начинают в почтовом отделении. Таких историй станет мало в будущем.

Возвращение к олигархии

В феодальном обществе власть осуществлялась в основном двумя классами - то, что французы называли Первым сословием, духовенством и Вторым сословием, состоящим из воинско-аристократической элиты. Все остальные, даже успешные торговцы, проживали в Третьем сословии, и большинство из них были крестьянами, живущими на уровне прожиточного минимума. Это было общество, отметил историк Пьер Рише, состоящее из «тех, кто молился, тех, кто сражался, и тех, кто трудился».

В современном обществу по-видимому мало места для ортодоксальной религии, и наши военные, какими бы впечатляющими они ни были, вряд ли составляют эффективный правящий класс. Но мы начинаем наблюдать возвышение двух очень влиятельных классов - один доминирующий в экономическом отношении, другой в культурном. Между тем сила сегодняшнего третьего сословия неумолимо ослабевает.

Ультра богатые представляют собой возникающую глобальную аристократию или, скорее, новую олигархию. Менее ста миллиардеров в настоящее время владеют 50 процентами мировых активов - столько же, сколько около четырехсот миллиардеров владело немногим более пяти лет назад. В Соединенных Штатах богатейшие четыреста граждан США теперь имеют больше богатства, чем 185 миллионов их сограждан, вместе взятых. Изменение было драматичным: верхние 1 процент в Америке заняли всего 4,9 процента от общего роста доходов в США с 1945 по 1973 годы, но в течение следующих двух десятилетий самые богатые классы страны сожрали большую часть роста доходов в США.

Модели распределения собственности отражает те же самые тенденции, которые установили средневековые аристократические и церковные классы. Доля земель, принадлежащих сотням крупнейших частных землевладельцев страны, выросла почти на 50 процентов в период с 2007 по 2017 год. В 2007 году, согласно Земельному отчету, этой группе принадлежали двадцать семь миллионов акров земли, что эквивалентно площади штата Мэн. и Нью-Гемпшир вместе взятых. Десять лет спустя у сотен крупнейших землевладельцев было более 40 миллионов акров земли. Их запасы теперь больше, чем вся Новая Англия. Даже на большей части обширного американского Запада, где значительная часть земли остается в общественных руках, миллиардеры создали обширные владения, которые, как многие опасаются, сделают остальную часть местного населения - безземельной.

В прошлом олигархия, как правило, была связана либо с Уолл-стрит, либо с руководителями промышленных предприятий. Но сегодня преобладающая и наиболее влиятельная группа состоит из тех, кто находится на вершине мега-технологической фирмы [имеется в виду мега-технология в сфере "цифровой технологии", см. выше - A.R.]. Шесть фирм - Amazon, Apple, Facebook, Google, Microsoft и Netflix - достигли совокупной чистой стоимости, равной одной четверти NASDAQ, что больше, чем у следующих 282 фирм, вместе взятых и равных ВВП Франции. Семь из десяти самых ценных компаний мира происходят из этого сектора. Технические гиганты [в сфере "цифровой технологии", см. выше - A.R.] произвели восемь из двадцати самых богатых людей на планете.

Вместо того, чтобы стать техническим раем Тоффлера, мы все чаще сталкиваемся с тем, что японский футурист Тайчи Сакайя, писавший три десятилетия назад, считал рассветом «высокотехнологичного средневековья». 3 Вместо того, чтобы воплощать американскую изобретательность и конкуренцию, техническая олигархия все больше напоминает феодалы средневековья. С готовностью варварских воинов, которые захватили территорию после падения Римской империи, они захватили стратегическую цифровую территорию и безжалостно защищают свою долю.

Такие концентрации богатства естественно стремятся сконцентрировать власть. В средние века это включало контроль над землей и орудиями насилия. В наше время восходящая техническая олигархия эксплуатирует «естественные монополии» сетевого бизнеса. Их «суперплатформы» подавляют конкуренцию, сжимают поставщиков и сокращают возможности для потенциальных конкурентов, как это делали монополисты конца XIX века. Такие компании, как Google, Facebook и Microsoft, контролируют от 80 до 90 процентов своих ключевых рынков и служат дальнейшему расширению различий между классами не только в Соединенных Штатах, но и во всем мире.

Нынешние технологические элиты, когда-то являвшиеся образцами предпринимательского риска, теперь являются укоренившимися монополистами. Эти фирмы все чаще отражают худшее из американского капитализма - подавляют конкурентов, используют заемных служащих из-за рубежа для более чем 40 процентов своей рабочей силы в Силиконовой долине, устанавливают заработную плату и избегают налогов, создавая при этом все большую социальную аномию и отчуждение.

Технические олигархи формируют постдемократическое будущее, где возможности ограничены только для них самих и их избранных. Как предположил Питер Тиль, инвестор в технологии, демократия, основанная на фундаментальных принципах индивидуальной ответственности и свободы действий, не совсем подходит для технократического мышления, которое считает, что превосходное программное обеспечение может решать и модулировать каждую проблему.

Этот зарождающийся мир далек от демократического капитализма, который доминировал в эпоху после Второй мировой войны. Вместо того, чтобы поощрять и приспосабливать семьи, сегодняшние олигархи продвигают практически бездетную среду в студенческом городке, где они даже платят работницам за то, что они замораживают свои яйцеклетки. Традиционно компаниям нравились сотрудники с семьями. Не так много в дивном новом мире технологий, который требует долгих часов и небольшого перерыва для таких вещей, как воспитание детей.

Что касается остальной части населения, перспективы еще более мрачные. В техническом центре Сан-Франциско сегмент среднего класса почти вымер. За последнее десятилетие город потерял тридцать одну тысячу домовладельцев. Это приводит к экономическому неравенству в стране. Доказательства массового неравенства, повсеместной бездомности и социальной дисфункции заполняют улицы.

Силиконовая долина, расположенная в пригороде к югу от города, также стала менее эгалитарной. Он все больше делится на укоренившийся ультрабогатый класс и зависимый бедный класс, работающий в основном в сфере услуг. К 2015 году около семидесяти шести тысяч миллионеров и миллиардеров являются домовладельцами округов Санта-Клара и Сан-Матео, в то время как многие в этом районе изо всех сил пытаются прокормить свои семьи и оплачивать свои счета каждый месяц. Почти 30 процентов жителей Силиконовой долины полагаются на государственную или частную благотворительную помощь.

Антонио Гарсия Мартинес из журнала Wired описывает современную Долину как «феодализм с лучшим маркетингом». По мнению Мартинеса, плутократическая элита венчурных капиталистов и основателей компаний находится над пока еще богатым штатом квалифицированных специалистов - хорошо оплачиваемых, но живущих только обычной жизнью среднего класса, учитывая налоги и высокие цены. Под ними находится огромное количество рабочих, которых Мартинес сравнивает с sharecroppers на юге. И в самом низу лежит неприкасаемый класс бездомных, наркоманов и аутло.

Мартинес описывает общество, которое, как и в средние века, «сильно стратифицировано, с небольшой социальной мобильностью». Высокие цены делают практически невозможным для кого-либо, кроме очень богатых, владеть своими домами. Работники в экономике концертов, не говоря уже о «неприкасаемых», имеют мало шансов улучшить свое положение, но изо всех сил пытаются едва заплатить арендную плату или вынуждены спать в своих машинах.
(конец цитаты).

Заметим, что Америка еще очень неплохо выглядит на фоне феодализации Евросоюза, и тем более - на фоне феодализации больших стран восточной части Евразии.
Что происходит - об этом я конспективно рассказывал в статье "Вилка радуги: коммунизм или новейшее средневековье"
Напоминаю график Роберта Гордона, приводившийся там и характеризующий историческую ситуацию:

Такие дела.

---------------------
Оригинал текста:
https://americanaffairsjournal.org/2019/11/americas-drift-toward-feudalism/
Об авторе:
https://americanaffairsjournal.org/author/joel-kotkin/
https://en.wikipedia.org/wiki/Joel_Kotkin
Дополнительно
"Вилка радуги: коммунизм или новейшее средневековье"
https://alex-rozoff.livejournal.com/69751.html
Роберт Гордон "Мир ждет спад длиной в тысячу лет"
http://www.finmarket.ru/main/article/3072313
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 88 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →