Александр Розов (alex_rozoff) wrote,
Александр Розов
alex_rozoff

Category:

Сверхбогатая элита в хроническом страхе перед нищим прекариатом.

Данное эссе является прологом к конспекту по нонфутурологии (прикладной теории небудущего), об истоках которой рассказывалось тут:
2020-05-13 «Нонфутурология. Будущее умерло - как и было обещано. Разбираемся в мире небудущего».
https://alex-rozoff.livejournal.com/245704.html
В нескольких любительских сетевых опросах, мне удалось установить, что большинство участников видят социальный тренд и соответственно, ситуацию 2050-го года, как нечто наподобие нового рабовладельческого общества, где:
- Есть малочисленный класс элиты (E) - новых рабовладельцев, проводящих жизнь в роскоши и праздности, с доступом к множеству благ, недоступных остальным.
- Есть несколько более многочисленный класс лакеев элиты (L) – с несколько меньшим, однако тоже очень высоким уровнем доступа к благам.
- В классе лакеев элиты иногда выделяют класс интеллектуалов (I) – с тем же уровнем доступа к благам, что и (L). Эти интеллектуалы конструируют тренды, управляющие обществом в интересах элиты.
- Есть многочисленный класс прекариата (P) – по сути, рабы – чернорабочие с частичной занятостью, производящие все материальные блага, но сами получающие очень мало благ.
- Незанятая (U) часть прекариата, получающая биологический минимум благ, либо даже менее того.
...В какой-то мере это похоже на схему Гай Стэндинга, опубликованную в 2014-м:
И в какой-то мере эта схема опирается на практически существующую кастовую схему Силиконовой долины, как она видится местным жителям, см: «Как Кремниевая долина превратилась в кастовое общество. Бывший менеджер Facebook Антонио Гарсиа Мартинес считает, что в Сан-Франциско и окрестностях сложилась жесткая кастовая система, которая может закончиться не то революцией, не то чем-то еще похлеще»
https://ideanomics.ru/articles/14584
Может показаться, что прогноз распространения социальной схемы Силиконовой долины на все общество в развитых странах – обоснован. Ведь Силиконовая долина считается продвинутым прообразом будущего. Однако, тут есть несколько важных «но», которые разворачивающих текущую ситуацию и прогноз на будущее чуть ли не до диаметральной противоположности.

Итак:

Согласно Гаю Стэндингу.
(E) Элита - ограниченное число сверхбогатых людей;
(L) Салариат (от англ. salary — зарплата) — высший средний слой, имеющий стабильную полную занятость и зарплату (преимущественно руководящие работники);
(I) Профессионалы — люди со стабильным положением благодаря своим знаниям и умениям;
(Остаток классического капитализма) Сердцевина — «старый» рабочий класс;
(P, U) Прекариат — социально неустроенные люди, не имеющие полной гарантированной занятости.

Согласно Антонио Гарсиа Мартинесу
(E) Внутренняя каста венчурных инвесторов и успешных предпринимателей, управляющих технологической машиной — двигателем городской экономики.
(L,I) Внешняя каста квалифицированных технарей, эксплуатирующих специалистов и маркетологов, которые отвечают за то, чтобы механизмы, принадлежащие Внутренней касте, работали как часы. Им хорошо платят, но они по-прежнему живут жизнью среднего класса или того, что мы привыкли считать средним классом.
(P) Каста обслуживания, работающая на фрилансе. В прошлом компьютеры заполняли пробелы в человеческой цепочке там, где у людей возникали сложности. Теперь люди заполняют пробелы в узких местах программного обеспечения. Это та работа, которую искусственный интеллект еще не устранил, где люди — это просто одноразовые винтики в автоматизированной машине: водители Uber, покупатели Instacart, исполнители ручной работы на TaskRabbit и т.д.
(U) Наконец, существует неприкасаемый класс бездомных, наркоманов и/или преступников. Эти люди живут на постоянно растущей обочине: в палаточных городках и в районах безнадежного городского упадка. Внутренняя каста даже не видит их, Внешняя – игнорирует, а Каста обслуживания смотрит на них с осторожностью, ведь в итоге они сами могут оказаться на их месте.

Казалось бы, в любой из этих схем, элита, лакеи и професиональноые интеллектуалы должны иметь комфортный график занятости (что-нибудь вроде 10-15 часов в неделю), а прекариат напротив, должен работать на износ (70 – 80 часов в неделю) даже не помышляя о праздности.
Но фактически мы видим, как в развитых странах формируется противоположная картина:

С одной стороны – элитные классы, хотя и сверхбогаты, но работают на износ:
«Как Кремниевая долина превращает 30-летних в стариков
Редактор журнала New Republic — с возмущенным репортажем о том, как технологические компании возвели молодость в абсолютный культ»
https://ideanomics.ru/articles/1989
«80-часовая рабочая неделя: почему она вернулась?
В будущем квалифицированные специалисты будут зарабатывать больше денег. Но у них совсем не останется времени, чтобы эти деньги потратить»
https://ideanomics.ru/articles/4406
Зачем и над чем работает элита и около-элитные классы, это отдельный разговор.

С другой стороны, прекариат, хотя и беден, но ему доступна праздность:
«Отношения между богатыми и бедными радикально изменились
Праздность и роскошь во все меньшей мере выглядят привилегией состоятельных классов».
https://www.mk.ru/economics/2020/06/29/otnosheniya-mezhdu-bogatymi-i-bednymi-radikalno-izmenilis.html
(шарж выше - взят отсюда, теперь цитирую текст): «В мире индустриального капитализма бедность была довольно функциональной. Бедняки были нужны для того, чтобы предприниматели могли нанимать их на фабрики и производить товары. По мере того как экономика росла, благосостояние прежних бедняков должно было повышаться, т.к. иначе возник бы кризис спроса. Так появились знаменитый средний класс и общество благосостояния 1960-х годов. Однако технический прогресс ломает прежний порядок. Сначала постиндустриальная революция резко сократила число промышленных рабочих. Потом спрос на высококвалифицированную рабочую силу привел к стремительному росту доходов образованного населения и снижению реальных зарплат тех, у кого за плечами лишь обычная школа. Все это казалось допустимым до тех пор, пока сфера услуг готова была поглощать практически бесконечное количество рабочих рук. Потом перемены пришли и сюда: занятость стала явно избыточной (в США на это ответили созданием миллионов бессмысленных рабочих мест — так, во многих штатах нельзя самостоятельно заправить машину без помощи «специально обученного» человека; в Европе установилась хронически высокая безработица). Ко всему этому добавилась миграция: под ее влиянием конкуренция на рынке труда обострилась еще больше. Неравенство вернулось к уровням конца XIX века, и его удержание в приемлемых рамках стало заботой правительств.
В 1910 году бюджет США составлял 2,2% ВВП, Великобритании — 8,2%, Франции — около 10,5%. По итогам 2019 года эти показатели достигли 20,8%, 39,3% и 55,6%. При этом большая часть расходов (48,4%, 50,5% и 57,4% соответственно) направляется на финансирование социальных программ. Только за последние двадцать лет рост ассигнований на эти цели в развитых странах превысил 50%, но проблема бедности не так чтобы решается, а призывы к перераспределению богатства становятся все более активными: то Б.Сандерс потребует, чтобы в Америке не было миллиардеров, то в Германии начнут воздвигать памятники Ленину.
Что стоит особо отметить в данном случае — это заметное снижение уровня того престижного потребления высшего класса, о котором писал Веблен. У.Баффет, состояние которого оценивается в $70,5 млрд, живет в провинциальной Омахе в доме площадью 600 кв. метров, который он купил за $31,5 тыс. в 1958 году. Б.Гейтс на этом фоне роскошествует в своем 6000-метровом особняке под Сиэтлом, но главной статьей его расходов являются не яхты и самолеты, а вклады в Фонд Мелинды и Билла Гейтсов, борющийся с малярией и другими инфекционными заболеваниями (общая сумма личных пожертвований в него составила $39 миллиардов). Более 92% американцев, входящих в 1% граждан с наиболее высокими доходами, работают, а не живут на процент с капитала или доходы от недвижимости (средний возраст прекращения трудовой деятельности в этой группе сегодня составляет… 74 года). Иначе говоря, праздность и роскошь во все меньшей мере выглядят привилегией состоятельных классов, которые тратят на текущее потребление менее 1% своих доходов, — и это, повторю еще раз, относится к большинству развитых стран.
Происходящее резко меняет социальную повестку дня. Если раньше традиционные левые боролись за интересы людей труда, которых эксплуатировали буржуа, то теперь акцент сильно сдвинулся в сторону любых бедных и несчастных — в том числе и тех, кто никогда не стремился работать. Сейчас все больше говорят не о справедливой оплате за труд, а о проблемах безусловного базового дохода. При этом я бы заметил, что общество в целом готово к этому новому разделению: в США по итогам 2018 года 44% взрослого населения не платили никаких федеральных налогов, в то время как разного рода пособия выступали значимым источником дохода более чем 21% совершеннолетних граждан. Иначе говоря, в начале XXI века прежние представления переворачиваются с ног на голову: праздный класс, которого раньше все искали в элитах, перемещается вниз. Он теперь не шикует, скорее, бедствует — но от этого не становится менее праздным.
Проблема усугубляется еще двумя обстоятельствами. С одной стороны, появление значительной части общества, деятельность которой остальному обществу пока не очень нужна (а в перспективе окажется не нужна вообще), порождает колоссальное социальное отчуждение. Массовые протесты низших классов сегодня подчеркивают простую истину: лояльность этих людей невозможно купить за деньги. Им нужна востребованность, которую сложно обеспечить в современных условиях. Общество перестает быть сугубо экономическим, и просто откупиться от бедных у богатых не получится. С другой стороны, на протяжении предшествующей истории «праздный» класс генерировал определенные смыслы и ценности, в том числе и те, которые впоследствии приводили к гуманизации и развитию общества, в то время как новый праздный класс таких ценностей не создает. В результате общество вынуждено (в связи с устоявшимися представлениями о равенстве и правом на политическое участие) все более активно учитывать требования нового праздного класса, сколь бы абсурдными они порой ни являлись, — и итогом этого движения может быть лишь постепенная деградация» (конец цитаты).

Попросту говоря: элита БОИТСЯ прекариата.
И именно этим определяется специфика настоящего и ближайшего будущего.
Причины и детали такого положения вещей – в следующих эссе…
…Такие дела.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 192 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →