Александр Розов (alex_rozoff) wrote,
Александр Розов
alex_rozoff

Categories:

Трансмарксизм - шаг к барьеру Винджа: роботы делают роботов и вещи для людей.

В 1-й и 2-й частях [1] отмечено: трансмарксизм рассматривает общество, как машину для производства и распределение материальных благ. Производство - первично, все прочее - вторично. Меняются материальные технологии - меняются общественные отношения.
В 3-й части рассматривается шаг от «экономики голода», в которой существуют все общества со времен фараонов, к «экономике изобилия» из НФ-прогнозов, например:
«Полностью автоматизированное производство находилось под надзором роботов, за которыми, в свою очередь, присматривали другие роботы. Для людей здесь места уже не оставалось. Общество существовало само по себе, а автоматы и роботы – сами по себе; и только, чтобы не допустить непредвиденных отклонений в раз навсегда установленном порядке механической армии труда, необходимы были периодические проверки, проводимые специалистами» (Станислав Лем. Возвращение со звезд, 1961 г.)

В этом НФ-прогнозе есть странности и предостережения, о которых мы поговорим.
Сопротивление переходу к иной экономике – огромно, об этом мы тоже поговорим. Но первый прототип базовой технологии для нее создан более 10 лет назад:
«Процесс для создания небольшой «домашней фабрики», способной воспроизводить массу полезных вещей, которые пока что можно получать только на фабриках?.. Возможности бесконечны: вы можете распечатать все, что захотите. Если дизайн или эргономика какой-то вещи вас не устраивает, вы можете сами усовершенствовать его на компьютере и распечатать реальный предмет. (…) Воспринимайте RepRap, как Китай у вас на столе. Можно и произвести еще парочку RepRap, чтобы подарить друзьям» (Адриан Боуэр. Как размножаются роботы. «Популярная механика». 2008 г. [2])
RepRap (Replicating Rapid Prototyper - самовоспроизводящийся механизм для быстрого изготовления прототипов) – еще на стадии разработки стал базисом новой анархистско-технократической субкультуры, которая имеет потенциал стать доминантой культуры.


Переход от схемы «люди делают роботов, а роботы делают вещи для людей» - к схеме «по заданию людей, роботы делают роботов и вещи для людей» - неотвратим по причинам, содержащимся в психике, в природе мотиваций креативных людей. Говоря попросту:
«…Вы уже напечатали все что приходило в голову и осталось самая сложная задача, которая беспокоит всех профессионалов 3d печати - как осуществить клонирование имеющегося оборудования на нем самом» (NICUS. Как напечатать на 3d-принтере другой 3d-принтер. 2018 г. [3]).
Идея схемы, в которой роботизированная среда не только обеспечивает человека всеми материальными благами, но также сама воспроизводится, выдвинута на пике НТР, более полувека назад, и выглядит так захватывающе, что люди начали реализовывать ее, как только создали для этого хоть приблизительно подходящий инструментарий.

С одной стороны, существующие RepRap - еще далеко не «Китай у вас на столе» [2] как объявил Адриан Боуэр. Это скорее демонстраторы будущего, чем рабочие модели. Они слишком зависят от специфических расходных материалов, и от много другого, что их связывает со «старой экономикой». Реальные рабочие модели будут выглядеть иначе, и вероятно будут не похожи на 3d-принтеры (тут можно поговорить о бионике), но дело в доказанной реальности создания настольного Китая, размножающегося почкованием.

С другой стороны, ясно, что массовая реализация подобной схемы означает катастрофу корневой структуры индустриального общества и товарно-денежных отношений. Здесь требуется экскурс в историю идеи постиндустриального общества (и ее мутаций). Идея постиндастриала тоже возникла на пике НТР и неявно опиралась на технологические прогнозы самовоспроизводящейся роботизации производства. Возникли термины post-work economy (посттрудовая экономика) и post-scarcity economy (постдефицитная или постголодная экономика). Оба термина определяют переход от принципа WoS (work or starve, работай или голодай), к принципу WiO (work is optional, работа необязательна).

Посттрудовая, постголодная экономика - это схема производства и распределения, где типовая корзина товаров для непритязательного потребителя производиться с крайне малыми затратами живого труда, практически в любом месте, в любое время, в любом количестве. В такой схеме, цена живого труда, измеренная в типовых потребительских корзинах, оказывается крайне высокой. Условной критической точкой можно считать ситуацию, когда 1 час живого труда по производительности равен 40 часам при старой экономике голода. Расчеты 1960-х показали: критической точки можно достигнуть при прямой роботизации (повышающей производительность труда в 10 раз) с переходом к global village (глобальной деревне) когда коммуникация и производство прямо на месте потребления обнулит паразитные издержки (повышающие цену товара для потребителя примерно в 4 раза по сравнению с ценой от производителя). Термин глобальная деревня появился тогда же, в 1960-х, и опирается в значительной мере на еще один НФ-прогноз.
«Годы, которые принесли с собой семейные самолеты и вертолеты, предоставив забытым автомашинам ржаветь, дорогам - приходить в негодность. Годы, которые с развитием гидропоники положили конец земледелию. Годы, которые свели на нет хозяйственное значение ферм и сделали землю дешевой. Годы, которые изгнали горожан в сельскую местность, где добрая усадьба стоила меньше жалкого городского участка. Годы, которые внесли переворот в строительство, так что семьи преспокойно бросали старое жилье и переходили в новые, по индивидуальным проектам дома стоимостью вдвое меньше довоенных, а не понравилось что-нибудь или тесно показалось — за небольшую плату переделают, перекроят по своему вкусу» (Клиффорд Саймак. Город. 1952 г.)

Возвращаясь к трансмарксизму: в 1960-х, на пике НТР речь шла о том. что радикальное изменение технологии производства приведет к радикальному изменению общества. В смысле исторического материализма, произойдет отрицание отрицания на новом витке диалектической спирали развития.
В XVIII - XIX веке Первая индустриальная революция привела к отрицанию деревни (стиля жизни в мини-социумах с натуральным локально-меновым хозяйством). Тогда индустриальный способ производства требовал концентрации людей (рабочей силы) в городах, вокруг крупных предприятий. Отсюда урбанизация, стандартизация, и рост социальной пирамиды с унификацией людей и их ранжированием по одному простому критерию: «успешность» (т.е. личный контроль над коллективным производством и распределением материальных благ, в условиях всеобщности принципа WoS).
В XX - XXI веке НТР вела к отрицанию города (стиля жизни в концентрированных и стандартизованных поселениях с унификацией людей, как кирпичиков пирамиды). В прогнозируемой новой экономике персональная роботизация вела к нео-деревенскому стилю жизни при нео-натуральным голобально-меновым хозяйством.

При натуральном хозяйстве аграрий обеспечивал себя в основном сам, но некоторые предметы сделать не мог, и менял свою продукцию (к примеру, картофель) на что-то ремесленное или особое (серп у деревенского кузнеца или лечебное зелье у знахаря).
При нео-натуральном хозяйстве роботарий (по аналогии назовем его так) живет на обеспечении своими роботами (аналогия с домашними животными у агрария), но для изготовления некоторых вещей эти роботы не приспособлены, поэтому роботарий, с применением глобальной инфо-сети, меняет что-то свое - на нужные вещи, либо, на апгрейд своих домашних роботов. Это глобально-меновая схема. Она не рыночная – поскольку транзакции в основном разовые, и не стандартизованные в общий поток.

Соответственно, при нео-натуральном хозяйстве уже нет общей мерки «успешности». Богатст во в капиталистическом понимании теряет смысл. Упорный труд для карьеры также теряет смысл – поскольку нет пирамиды «успешности», по которой (согласно унифицированной системе ценностей) надо карабкаться. Унифицированной системы ценностей тоже нет. Есть понятные интеллектуальные ценности (это способность, в частности, изобретать апгрейд домашних роботов), и эта способность определяет меру уважения к человеку. Есть понятные материальные ценности (конкретные вещи). Но их эквивалент в человеко-часах очень мал, поэтому роботарий с легкостью может поделиться этими ценностями с любым человеком, который просто показался симпатичным. Вот простой сценарий гибели экономики голода в неонатуральном хозяйстве.

Таково было первоначальное видение постиндустриального общества из 1960-х.
При НТР, по мере роста достатка у рабочих, такой сценарий уже начал реализовываться.
Персональный транспорт и домашние машины стали обращать урбанизацию вспять.
Началась субурбанизация (массовое переселение людей в пригороды) – предвестник дезурбанизация, гибели городов, а вместе с ними и священной пирамиды «успешности». Признанное высокое положение истеблишмента (правящего класса индустриальной эры) оказалось под угрозой. И представители истеблишмента – отчасти спонтанно, а отчасти согласованно – нажали на тормоза, чтобы отсрочить гибель обреченного индастриала.
Поскольку диалектика политэкономических процессов объективна и неотвратимо, этот отчаянный акт торможения не спасет пирамиду. Она разобьется о барьер Винджа – но несколько позже, и намного более трагичным образом, чем без торможения.

Об этом - в следующей части.

----------------
Примечания:
1) Трансмарксизм - взгляд с перевала Винджа на материальные корни истории
https://alex-rozoff.livejournal.com/90218.html
Трансмарксизм - проблема комков в политэкономической каше.
https://alex-rozoff.livejournal.com/90603.html
2) Как размножаются роботы.
https://www.popmech.ru/technologies/7738-kak-razmnozhayutsya-roboty-printer-syn-printera/#part1
3) Как напечатать на 3d-принтере другой 3d-принтер.
https://robot-on.ru/articles/kak-napechatat-na-3d-printere-drugoi-3d-printer
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 350 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →